Наши путешествия

*Photos от друзей
Болгария
Голландия
По Москве и области - С детьми
Россия <200км от Москвы
Россия < 400км от Москвы
Россия > 400км от Москвы
Россия. Калининград и область
Россия. Народные промыслы
Россия. Путешествия одного дня.
Россия. Санкт-Петербург
Турция
Украина
Финляндия
Швеция
Эстония

Ассорти от друзей

Santa Nikolays
Анисовка
Косенкова И.
МАлина
Мой Первый Рассказ.
Ольга Тен
Смирнов А.
Таисия Бонд
Частикова Э.
Эна



Вологда – где, где, где ты? Путешествие по Русскому Северу.
23-25.06.2007

Оглавление:

 
 
                Вологда оставила очень странные ощущения. Просто удивительно насколько наши фантазии ярко рисуют картинки-представления о том, как может выглядеть тот или иной объект. Вологду я всегда представляла себе русской северной красавицей, с васильковыми глазами, русой косой и правильными точёными чертами лица – точно такой, как на картине К. Васильева «Жница» (http://www.museum.ru/alb/image.asp?21522/).
                Но Вологда в реальности нас подкосила. После того, как мы больше часа кружили по окраинам в поисках своей гостиницы, то имели возможность насмотреться на её пейзажи – глиняную равнину, минимальное количество зелёных деревьев, серые плоские однообразные многоэтажки, раздолбанные улицы, промышленные трубы, ж/д пути, народ повально с бутылками пива. В тот момент Вологда выглядела, как уставшая вымотанная рабочая женщина с картины А.Архипова «Прачки» (http://www.staratel.com/pictures/ruspaint/big/46-2.htm).
            На следующий день удивление подарил Софийский собор, полёт – колокольня, наслаждение – кружевной музей в Вологодском Кремле, разочарование – цены на вологодские кружева, опустошённость – церкви Вологды, шок – пепелища на месте прославленной деревянной застройки и рядом свежестроящиеся кирпичные особняки, пронзительность – памятник Николаю Рубцову на набережной, гурманские радости – ресторан «Мишкольц» в польском костеле, очарованность – белоснежный Спасо-Прилуцкий монастырь.
            Поэтому сейчас Вологда нам видится в виде бабушки-кружевницы, которая сидит в стареньком доме, за мутным окошком, бренчит коклюшками и плетёт-выплетает свои узорчатые кружева, чтобы продавать их потом туристам у собора, бережно завернутыми в газетку.
            Вологда – где, где, где ты?
 
Дорога.
            В Вологду мы едем из Ярославля. До неё нам ехать - 195км, т.е. ~ 2,5-3 часа. Из Ярославля мы выезжаем вечером, ~ в 21 час. Сейчас июнь, вечера светлые и прозрачные, темнеет очень поздно. Мы мчимся по узкому шоссе, лихо обгоняем, до Вологды ещё км 90, дорога поднимается вверх, слепит вечернее солнышко прямо в глаза. Так приятно. Только – что это за полосатая палочка отсвечивает на фоне солнца? И отмахивает. Неужели нам? Не-ет! Похоже, что наши приключения, начавшиеся в Ярославле ещё не закончились. Муж пересаживается в машину суровых владельцев полосатой палочки. «Так, превышение скорости, обгон через сплошную означает лишение прав». Приехали. Муж вздыхает, достаёт мобильный телефон и набирает цифру 500. В гаишной машине гремит гром и сверкают молнии. «И Вы считаете это нормальным?» - с металлом в голосе спрашивает грозный страж автопорядка. Муж опять вздыхает и меняет цифру на 1000. Погода резко меняется. В гаишной машине распускаются ландыши. Муж освобождён. И мы пилим дальше. Ну надо же, как нас подловили. И надо же, какие в Вологде ставки. Ладно, спишем эти расходы по крẻдиту на статью «Материальная помощь».  Через полчаса нам снова отмахивают такой же палочкой. Но мы уже спокойны, как северные медведи. Ну и денёк сегодня, ничего не поделаешь. На этот раз за невключённые габаритные огни мужу выписывают штраф в 50 рублей. С одной стороны – неприятно, но с другой – по сравнению с забытыми нами сегодня утром в багажнике ключами от машины – пустяки. Правда, время жалко. Уже скоро полночь, а мы ещё не доехали до Вологды. По дороге, уже практически перед Вологдой мы остановились на огромнейшей суперсовременной бензозаправке Лукойл. Залили бензобак и зашли внутрь, поскольку там был магазин, а мы проголодались. К нашему (особенно моему) удивлению внутри кроме огромного авто и небольшого продовольственного отдела было ещё и очень приличное кафе. Мы с таким удовольствием подкрепились горячим чайком, пирожками и бутербродами. Можно было перекусить и поприличней, но мы экономили время. Интерьер внутри был супер хай-тековский металлик, и поэтому представить себе, что мы остановились не на хайвее в Калифорнии, а на двухполосном узком шоссе практически перед Вологдой, было сложно. Ну надо же, оказывается на бензозаправках можно заправиться не только бензином. 
 
Гостиница.
            В Вологде у нас такая схема: ночь на пути из Ярославля – целый день – ночь и отъезд в Кириллов и Ферапонтово. После долгих поисков и обзвонов мы выбрали гостиницу «Николаевский клуб» (http://www.nik-hotel.ru). Она действительно новая, модная, даже крутая по вологодским понятиям (судя по количеству местных братанских затонированных джипов), современная, со всеми удобствами. Единственное, мы не учли одного – того, что «Николаевский клуб» находится в ж…адней части города. Мы её искали 1,5 часа. Карты города у нас, естественно, пока нет, только раскрытый путеводитель (кстати на сайте гостиницы тоже нет схемы подъезда, а это очень помогло бы при таком её расположении). Остановились, спрашиваем у прохожего мужчины: «Где эта улица, где этот дом?»
            «Ёк макаёк!» - темпераментно закричал вологжанин, мгновенно проникнувшись нашей проблемой, - «Так вам не в эту сторону. Значит, разворачивайтесь обратно, поворот налево, потом на Ленинградку, поворот направо, там под мост, через ж/д пути, выезжаете на Пошехонку, а там спросите. И вообще, откуда у вас такая дурацкая карта?»
            «Ёк макаёк!» - мы срисовали его возглас, «Спасибо, а карта путеводительская».
В общем, опять мчимся, направо, налево, куда-то забурили (улицы есть, но названий на них нет, понятное дело).             Опять притормозили, спрашиваем у милиционера: «Гдеее?...»
            «Аа, правильно едете, теперь вам значит на Пролетарку, потом на Первомайку, потом на Маяковского, а там спросите…»
            Мы лежим уже. Во-первых, устали, во-вторых, первый час ночи уже, из которых полтора часа находимся в поиске гостиницы. Ёк-макаёк, да где же ты, Николаевский клуб?
            В третий раз спросили у толпы поддатой молодёжи, они помахали пивными банками в нужном направлении.
 
            Номер у нас оказался шикарным. 22 кв.метра, кондиционер, халаты-тапочки, шоколадки-вода. Завтрак был не шведский стол, а обслуживали официантки по меню. Заказывать при этом, можно всё что угодно в любых количествах. Очень вкусные завтраки, особенно омлет и каша. Вкусовым достоинствам этой гостиничной каши мужем была поставлена оценка 5 с двумя плюсами, вдобавок он постоянно вспоминал о ней всё путешествие. Но мне кроме каши, также понравились интерьеры – ресторана и банкетного зала, где мы завтракали. Вечером (по крайней мере два вечера подряд) в ресторане гуляют свадьбы. А это, понятное дело, означает весёлые песнопения и праздничные салюты-фейерверки-конфетти под балконом. Но мы не в претензии. Всё происходило в достаточно приличных рамках. Я лично впечатлилась одной невестой в стиле Кармен – в ярко-красном платье.
            На следующий день уже в центре города увидели наш второй, рассматривавшийся нами вариант гостиницы – «Спасскую». Мы хотели заказать её, звонили туда, узнавали, но остановились всё-таки на «Николаевском клубе». «Спасская» же, чуть-чуть, наверное, похуже выглядит, чем «Клуб» - но зато практически центр. Центр!
           
 
Центр Вологды.
Сад – вдоль реки Вологда - памятник Батюшкову – Софийский собор –
Колокольня – Вологодский Кремль – Кружевной музей.
            Утро.
            Припарковываем машину где-то в центре, неподалёку от большой площади, окаймлённой зданиями местной администрации, неуютным парком и идём на поиски Кремля.
            Карта в путеводителе, действительно, неудачная, потому что мы не страдаем топографическими проблемами, но тут стали петлять по улицам, как зайцы. Когда в четвёртый раз перешли по одному и тому же мосту через речку Золотуху в метаниях поиска выхода на нужную нам улицу, то муж, мрачно посмотрев на заболоченный с жёлтой водой ручей под мостом, сказал: «Вот уж действительно, то понос, то Золотуха». Потом мы уже поняли, что пробраться на искомую нами улицу Батюшкова, ведущую к Кремлю, мы можем по улице, перегороженной строительными щитами, плотно прижавшись к стенам домов. Что мы и сделали.
            Ну наконец-то. Вырулили. Теперь новое препятствие – площадь перед Кремлем вся разрыта и на ней активно урчат эскаваторы. Мы обходим толстые крепостные стены и попадаем в заросший донельзя сад. Раньше это был Архиерейский сад, потом ботанический сад при краеведческом музее, сейчас это либо детский парк аттракционов, либо, как сказал муж, сад лопухов. Странно смотреть, как крутятся детские весёленькие карусельки и мелькают крошечные детские наивные личики среди жутких зарослей крапивы и репейника, вздыбленных грязных дорожек. Вот с детства уже запоминают такой пейзаж маленькие вологжане. В кустах валяется всеми забытый, достаточно приличный памятник какому-то вельможе. Мы по дороге зашли в тир. Наверное, просто чтобы дать себе время, справиться с шоком от увиденного и свыкнуться с мыслью, что вот сейчас мы не где-нибудь в попе мира, а в Вологде. Постреляли по макаронам, двинулись дальше. А ведь этот сад – уникальное место!!! О нём напишу ниже. Ну, ладно. Увидели новенький постамент и часовню, всю заваленную смятыми пластиковыми пивными бутылками. Ну ладно. Впереди нас двигаются прогулочным шагом молодые люди – парни, девушки, с колясками и ребятишками. Понятное дело с пивом. Понятное дело в спортивных штанах – дети одеты также, как и папаны. Диалог: «Прикинь, Ань. В универмаге вчера, хОтел с девушкОй пОзнакОмица. Спрашиваю, тебя как зОвут? ГовОрит – Таня ЗабОлотОва. Я гОвОрю – ты, чё, дура. Я спрашиваю как зОвут, а не фамилию». Аня в ответ: «Ха-ха-ха».
            Мы уже идём вдоль набережной, или вернее сказать, вдоль речки Вологды. Берега у неё естественные, покрыты зеленой травкой и кустарниками. Выходим к центральной площади, там где касса и входы – в Кремль, на Колокольню, Софийский собор. Тут же сувенирная площадка. И оказывается здесь, рядом с этим ансамблем, и памятник поэту Константину Батюшкову (он родился здесь под Устюгом в селе Даниловском, и на него в своё время равнялся юный Пушкин). Внизу за памятником пристань, откуда уплывают теплоходики до Спасо-Прилуцкого монастыря.
            Нас окружили бабульки, которые охапками держат свои ручные кружева. Большие салфетки у них, даже приколоты к плащам. Но это у особо активных, а совсем скромные стоят в сторонке и держат аккуратненько завёрнутые в бумажку салфеточки-снежинки. «Возьмите… у нас недорого…». Стоит фотограф и продаёт довольно симпатичные и профессиональные фото в рамках (как картины) с местными пейзажами. Всё остальное – из бересты.
            Мы идём к кассам и покупаем билеты – в Софийский собор и на Колокольню. По собору, оказывается, водит экскурсовод. Мы его ждём, постепенно собираются желающие, и двигаемся внутрь. Фрески выполнены ярославским мастером Дмитрием Плехановым. Они сейчас находятся не в очень хорошем состоянии, наблюдается какая-то чешуйчатость, то есть идёт отслоение краски от влажности. Экскурсовод рассказывает как-то слишком длинно и не очень интересно, и возникает желание потихоньку ускользнуть. Но при этом может громко хлопнуть дверь, поэтому придётся потерпеть. Мы дёргаемся так ещё и потому, что у нас не так много времени, а впереди ещё – целая Вологда.
            Софийский собор… Какой ты красивый. Крылатая София Премудрость Божия – небесный первообраз мудрости в православии. Знаем, какой ты непростой и загадочный… Но об этом тоже ниже. В специальной главе.
            Наконец-то экскурсия закончилась и мы в числе первых мчимся из собора в Колокольню. Сумку с сувенирами попросили оставить в камере хранения. Колодец колокольни достаточно широкий, белостенный и нестрашный, вверх тянутся удобные деревянные витки ступенек. Правда при подъёме выше они резко сужаются и надо беречь лоб, чтобы не приложиться о железные балки. Поднимаемся выше самой звонницы со старинными колоколами (Праздничный, Архангельский, Большая Лебедь, Водовоз) и выходим на смотровую площадку. Ветерище свищет, но интересно. Фотографируем.
            Вологодский ансамбль называют по разному – кто Вологодский Кремль, кто Детинец, кто Арихиерейское подворье. Но если его велел заложить Иван Грозный – то вряд ли он строил Подворье, только Кремль! Внутри можно прогуляться по небольшой территории. Рекомендуем заранее по путеводителю изучить где какие башни, где находятся музей кружева и древнерусского искусства (слева, в середине стены), где музей природы (Иринеевский корпус), где кафе и wc (Юго-Западная башня), где художественный салон-магазин (Экономский корпус). Не думайте, что сразу увидите все нужные вывески-таблички и быстро сориентируетесь. В углу у Пятницкой башни возведена летняя сцена. Возможно здесь хорошая акустика и проводятся певческие концерты, поёт хор. Перед Иренеевским корпусом в ряд располагаются интересные камни-валуны очень причудливой формы. Такие камни раньше называли болванцами. Им поклонялись народы коми и эти камни привезли сюда почему-то из под Перми.
            Мы достаточно спокойно и в темпе пробежались-прогулялись по територии Кремля и кинулись искать Музей кружева. Согласитесь, быть в Вологде и не увидеть кружево, это обидно. Музей – чудный, дивный, потрясающий. Обязателен для посещения. Советуем покупать билетики на фотографирование – оно того стоит На первом этаже – вологодские кружева, на втором – иконы, старинная расписная мебель, прялки, старинные костюмы разных районов Вологодской губернии. Но, обо всём по порядку.
            Кружева завораживают. Интересно, плетут ли сейчас такие? Наверное, уже нет. Удивляет не только мастерство. Удивляет вкус. Удивляет продуманность рисунка. Изящество. Нежность. Тщательность. Вышивали-то простые вологодские крестьянки. Вышивали скатерти, салфетки, пелерины, шарфы, накидки, просто кружева. (О вологодских кружевах напишу отдельную главу).
            Я всегда удивляюсь, какая скромная роль уделена музеям русской народной культуры. Они всегда спозиционированны как второй сорт. Детям в таких экспозициях откровенно скучно, а взрослые пробегают обычно скользя глазами с усталым любопытством.  «Ну подумаешь, крестьянский костюм. Ну и что? Ну носили узорчатую поневу, на голове кичку, сидели на резной лавке, пряли на прялке. Разве не лаптем щи хлебали? Вот странно. Ну и чего тут такого?»
            Интересно, почему так? Почему мы касаемся только поверхности, которая выглядит обыденной и среднеинтересной, но не делаем ни малейших усилий, чтобы просто вдуматься? Ведь, если посмотреть внимательно – на всём дивные и непонятные узоры – на одежде, на прялках, на украшениях, на домашней утвари. В наше время понятное дело их изучили. Досконально. На компьютерах. Разложили на составляющие. Только всё бестолку.
            Вот, посмотрите, это - солярный знак, или свастика, или ярга, или коловрат, или куриная лапка. Это – дерево или древо Мира. Это - богиня с птицами на руках. Это – ромбик-земля, кружок-солнце, волнистая линия-вода.
            И всё. Ну и что это означает. Вроде расшифровали уже каждый символ. Но по отдельности. Локальный смысл понятен. А вместе – никак. Вот сейчас, я к примеру, нарисую громовник – Перунов знак. Что с того? – пустой рисунок. Обесмысленный. Просто красивая картинка, просто копия. Потому что я НЕ ЗНАЮ. Сути. Целостной картины мира. Я только расчленённую знаю – математику, экономику, литературу, историю…
            Что же получается? Что тот автор, который вышил, который вырезал, который вылепил – ЗНАЛ? То, что сейчас неподвластно компьютерным программам? Потому что, древний автор писал что-то очень важное языком узоров. Простое могли написать буквами на бересте. Ведь известно, что письменность на Руси существовала задолго до Кирилла и Мефодия. Простой крестьянин легко мог накорябать жене записку: «Пошёл в лес за грибами, приготовь милая Забавушка щец горшочек».
            А то, что хотели донести до потомков – космическую мудрость, секрет миросотворения – всё это и писали узорами. Знали – в таком виде не пропадут, не исчезнут. И дошли ведь они до нас. И не только в вышивке, удивительным образом все эти знаки имеют свои аналогии и в других материалах, например в металле, дереве, глине. Только мы невольно относимся к этому, как к обычному явлению, примитивным крестьянским безделицам. Как-то принято это у нас, так сложилось, нет информации. Какой-нибудь историк-исследователь напишет отличную книгу, но в школе всё равно детям будут долбить про феодалов и язычество. Прилепили ведь ко всему этому слово «языческий», при виде которого все вздрагивают: «Аа, если языческий, то значит против православия».
            А ведь одно держится на другом. Эти узоры, эта ведическая мудрость - наши корни, они уходят немыслимо глубоко. Чтобы расшифровать «примитивный прстой узор» - нужны не шаблонные книжки, не стандартные учебники, не механический ум и не компьютерные программы. Считается, что целостную картину мира знает даже младенец, знаем все мы, но только забыли. Считается, что среди прочих, один из способов ВСПОМНИТЬ, разбудить генетическую память, это посмотреть на древние узоры, почувствовать их ритм.
            На этом я останавливаюсь.
            Вернёмся к музею.
            Повторюсь: на первом этаже музея – кружева, на втором - предметы т.н. «древнерусского искусства». Расскажу немного о прялках, хотя здесь представлена и расписанная яркими цветами крестьянская мебель: шкафы и сундуки, резные лавки с головой коня, искусно вырезанные трепала для льна, вальки для выкатывания холста, глиняная посуда и иконы.
            Прядение всегда считалось священным занятием. Прялки обязательно были в любой крестьянской семье. Прялка была обязательным свадебным подарком невесте, хотя любая девушка начинала прясть буквально с пелёнок. Прялка была женским орудием труда, но! – при этом являлась олицетворением мужского начала. Самое интересное, что практически на всех прялках, правда, тщательно запрятанное под узорами, можно прочитать одно сакральное слово J - из трех букв, означающее так сказать это самое начало.
            Одни прялки расписаны дивными букетами, другие украшены узором трёхгранно-выемчатой резьбы. Прялки вырезали из цельного куска дерева. Широкую лопасть и ножку – из прикорневой части ствола, донце – из самого корня.
            Удивительно, что только в одной Вологодской губернии найдены 16 видов прялок, и тип каждой соответствовал своему району и не похож на другой. Какие же они красивые! Резьба и раскраска, просто резьба по дереву, просто яркая раскраска и всегда – сплошной фон узоров-знаков. Розетки с лучами-лепестками – символы солнца; ромбы, сплошные узоры из треугольников, составляющих квадраты – символы вспаханной земли; волнистые линии – символы воды и дождя. Какая же культура должна была быть у тех людей, в доме которых находились такие непостижимые по красоте вещи? Все эти узоры всегда служили напоминанием, не давали людям забыть что-то очень важное, были своеобразными заговорами-молитвами, направленными против злых сил.
            Да, вот ещё смешной момент. На одной из боковых стенок расписанного пышными букетами шкафа есть изображение льва из пасти которого вырастает причудливо изогнутая цветочная веточка. Внизу надпись: «Котъ заморский». Видимо, на всякий случай, если кто не допоймёт, художник определил породу неизвестного на Руси зверя.
            Также очень впечатлила экспозиция народных вологодских костюмов. Жаль, что на втором этаже не разрешают фотографировать. Там представлена интереснейшая карта Вологодской области и снова (как и прялки) в каждом её райончике-уголке были (есть?) свои костюмы. Одежде в древности придавалось огромное значение. Она всегда покрывалась охранительным узором, и как бы оберегала человека от нехороших воздействий.
            Само слово «узор» происходит от древнеславянского слова «узрети» - увидеть. Возможно и безусловно, зачастую люди, создающие узоры, не понимали сложных и разветвлённых сюжетов, не могли их точно разъяснить – но, однако, они всегда строго следовали родовым навыкам и обычаям и точно копировали их со старинных. Ещё совсем недавно на Вологодчине был жив обряд чтения узоров. На смотринах невест пожилая знающая женщина подходила к каждой, внимательно рассматривала узорчатые рубашки, сарафан, передник и поясняла женихам значение узоров.
            Язык русской народной вышивки – это та же самая тетрадка с письмом, только вместо чернил – нити, вместо бумаги – холст. Раньше, считывая узоры, например, на варежках, охотники могли определить родовую принадлежность встречного незнакомца. Передник – вообще раньше был женским паспортом. Символически женщины изображали на нём свою прошлую, настоящую и даже будущую (!) жизнь. Кроме оберёговых, существовали ещё и событийные знаки. Замужество – обозначалось древом, рождение мальчиков – конями, рождение девочек – птицами. Около подола располагались знаки, описывающие настоящую жизнь, около сердца – желаемые. Каждая девушка знала, что её предназначение – материнство, поэтому плечи и рукава девичьих рубах украшались знаками плодородия. Получается, что они как бы программировали сиволами свою жизнь, и поэтому желаемое исполнялось. Края рубахи, то есть там где кончалась ткань и начиналось тело – подол, рукава, ворот – украшались оберёговым орнаментом, защищающие от проникновения всякой нечисти.
            Головные уборы в Вологде украшались изображение Рожаницы. Для неё характерна понятная «лягушачья» поза и маленькая свастика на определённом месте. Что означало – зарождение будущего человечка сначала в мыслях (!), а потом уже и физически.
            Пояс – наиважнейшая деталь русского костюма. Важнейший оберёг, талисман. Мы обратили внимание, что он вегда очень длинный, неширокий и с интересным тканым орнаментом. Есть женские пояса – плоские, с узорами из ромбов, косых крестов, зигзагов, и есть мужские – витые, плетёные или тканые. У крестьян был обычай, после рождения мальчика (6 недель) опоясывать малыша шерстяным круглым пояском, символом пуповины. Девочкам же пуповина-пояс была не нужна. Считалось, что до годовалого возраста малыш ещё не полностью человечек и его называли «живой водой» или «титяшным», а после года маленький ребёнок уже приобретал статус человека и ему надевали первую в его жизни (до этого были пелёнки) рубашонку, подпоясанную пояском. Пояс обязательно завязывался в узел.
            Почему так делали? Смысл русского слова «рубаха» - радость, развитие, проявление сути. Орнамент на ней – помогает «вскрывать суть». Слово «пояс» - соединяет в человеке «верх» и «низ», светлое и тёмное. Узел – «носитель возвышенного». Руки человека, переходящие в плечи, а затем через шею соединённые с головой, ассоциировались нашими прапредками с ветвями Мирового Древа. На многих вышивках изображена женщина с ладонями-ветвями, ладонями–птицами или ладонями больше головы, т.е. символ Древа как родового божества, дающего жизнь всему сущему.
            А вы говорите крестьяне ….
 
Царские загадки Вологды.
            Хочу сразу сказать, что есть Вологда, которую увидели мы – она одна, и есть совсем другая, которая существует невидимо в истории, фантазиях, загадках, и эта Вологда – совсем другая.
            Вернёмся к Кремлю.
            В путеводителях говорится, что Вологодский Кремль был построен при Иване Грозном. Софийский собор – тоже повелел возводить Иван Грозный. Но в недостроенном ещё храме прямо на высокопоставленную царскую башку свалился кирпич. Грозный разгневался, топнул ногой и уехал из Вологды.
            Прочитав путеводитель, многие, конечно, вполне удовлетворятся написанным историческим шаблоном, но, возможно, что кто-то и задумается: а что Грозный здесь в Вологде вообще делал, почему развёл такое грандиозное строительство, что это за выдумки с кирпичами? И как только вы зададитесь подобными вопросами и начнёте искать ответ, вот тут-то Вологда и раскроется перед вами, предстанет в совершенно другом свете. Но не только Вологда. Что мы знаем про Ивана Грозного?
            Урок истории. Та-ак, Ваня Кукушкин, к доске. Рассказывай про Грозного. «Иван Грозный это паталогически жестокий тиран, садист и палач, и которого дня не попьёт человеческой крови, то и спать не ложится». Садись, пять.
            Скажите честно, разве бы вы ответили по другому? Предлагаем смелый шаг.  Добавить в исключительно чёрный портрет Ивана Васильевича ещё одну краску под названием «объективность». Не надо понимать превратно, мы вовсе не собираемся менять чёрный цвет на розовый. Грозный был действительно царём Грозным, а не царём Розовый Милашка.
            Сначала посмотрим на титул. «Божией милостию, Великий Государь Царь и Великий Князь Иван Васильевич всеа Руси, Владимирский, Московский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Государь Псковский, Великий Князь Смоленский, Тверской, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных, Государь и Великий Князь Новгорода Низовские земли, Черниговский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Белозерский, Удорский, Обдорский, Кондинский и иных, и всея Сибирския земли и Северной страны повелитель и Государь земли Лифляндской и иных».
… Мда, излишей скромностью Иван Васильевич явно не страдал. Молодец! 
            Личная жизнь. Четыре официальные жены: Анастасия Романова, Мария Темрюковна, Марфа Собакина и Мария Нагая. Остальные просто спутницы жизни: Анна Колтовская, Анна Васильчикова, Василиса Мелентьевна, Наталья Булгакова, Авдотья Романовна, Марфа Романовна, Мамельфа Тимофеевна и Фетьма Тимофеевна. На четвёртом официальном браке царь к своему большому сожалению остановился и не по своей воле. Нельзя было дальше оформлять отношения документально. Собор Русской Православной Церкви воспротивился и наложил епитимию. Но темпераментный царь впоследствии придумал как легко обойти и эти препятствия. Он уже присмотрел себе английскую невесту Мери Гастингс графиню Гунтингтонскую и вполне мог обойтись без церковного разрешения, сочетаясь с ней пятым браком на британской земле. Но не сложилось.
            Внешность. 53 года. В лаборатории пластической реконструкции известного скульптора Герасимова восстановили его пожизненный облик. У Ивана Грозного оказалось узкое волевое лицо, крупный нос с горбинкой, небольшой рост, высокий лоб, большие глаза, чуть выдающаяся вперёд нижняя часть лица. Царь был высоким, крупным, полноватым, сильным и крепким, широкие плечи, хорошо развитая мускулатура. Что-то не похож на известного по кино сгорбленного похотливого старикашку.
            Почему Иван Грозный ввёл опричнину и по всей Руси скакали мрачные опричники в чёрных одеждах, к седлу которых были привязаны мётлы - чтобы выметать измену, и собачьи головы - чтобы выгрызать измену? Да потому что не ввести он её не мог. Опричнина – это была личная диктатура царя, созданная для разгрома боярства. Она длилась всего 7 лет (1565 -1572). Опричнина боролось с боярами, у них отбирались вотчины, а следовательно уменьшалась их власть. Иван Грозный был напуган боярами-«опекунами» с детства.
            Маленький Иван рано сел на трон. Да и какой это был трон? Оставленные отцом Василием бояре, вместо того, что бы опекать и «беречи» маленького царя, дрались между собой, рвали друг на друге волосья, поили друг друга ядом, и каждый мечтал сменить свою боярскую шапку на шапку Мономаха. Трон раскачивали из одной стороны в другую. С одного боку в него бились 7 бояр – Андрей Старицкий (младший брат Василия III), Михаил Глинский (дядя матери Ивана и жены Василия III – Елены Глинской), братья Шуйские, Захарьин, Тучков, Воронцов. С другого боку на трон наваливался милый друг неутешной вдовушки Глинской князь Иван Оболенский. Молодец был пошустрее, закидал бояр шапками, посадил в остроги, чтобы милая Елена взошла на опекунский престол. О маленьком перепуганном ребёнке Ване мало кто думал. Некогда было. Тут яду накапать, там ножик завострить, здесь ножку подставить. Поэтому Иван Грозный, который с малолетства насмотрелся на боярские злокозни, всю жизнь опасался боярских заговоров. Поэтому и ввёл опричнину. Бояре обнаглели вконец. В Ливонской войне двулично поддерживали поляков и литовцев, а князь Курбский вообще открыто предал – перешёл на сторону литов и ляхов. Нужны были действенные средства устрашения. Так появилась опричнина.
            Что было на Руси во время его правления?
            За весь период его правления территория Руси выросла с 2,8 млн кв.км до 5,4 млн. кв.км. Россия стала больше всей основной Европы. Прирост населения составил 50%.
            По распоряжению царя основано 155 городов и крепостей. Построено 40 церквей и 60 монастырей. Возведён храм Василия Блаженного Бармой и Постником или ещё по одной версии Бармой Постником.
            Введена всеобщая выборность местной власти по желанию населения. (Регулярно созывались Земские Соборы; прошёл Стоглавый Собор).
            Появляются рода войск – конница, пехота, наряд (артиллерия). Создаётся регулярная армия. Разгромлено сильнейшее Казанское ханство – которое «допекало Руси хуже Батыева разорения».
            Создана государственная почта, основано около 300 почтовых станций.
            Создавалась промышленность, развивалась международная торговля: с Англией, Персией, Средней Азией.
            Был узаконен выкуп русских людей попавших в плен к татарам. Грозный повелел выкупать пленных из казны, раскладывая издержки на весь народ. До этого торговля русскими рабами процветала на южных рынках.
            Положено начало книгопечатанию, созданы две типографии. Летописанию был придан государственный характер. Появились «Лицевой свод» и «Домострой».
            Царь был умён, начитан, подозрителен, скрытен. Любил книги. Собирал, покупал, выкупал наиболее редкие. Но не скопидомничал – заставлял писцов переписывать и щедро раздаривал монастырям.
            Генеалогия. Отец – Василий III. Мать – Елена Глинская. Дед – Иван III. Бабка – Софья Палеолог. Да-да, та самая греческая царевна Зоя, последняя византийская веточка, оставшаяся после разгрома Константинополя и древнейшей византийской императорской династии Палеологов. Она считалась бесприданницей – у неё не было денег, но было несколько сотен сундуков. Все европейские женихи её отвергли по этой причине, сосватал лишь один дальновидный русский царь. Когда наречённая царская невеста собиралась в далёкую Москву, то сундуки грузили на 70 подвод. Что было в сундуках? – Памятники. «Сохранившиеся от турецкого варварства, памятники своей словесности». (Карамзин). Рукописные манускрипты на тонком пергаменте в роскошных драгоценных переплётах…. «Царская» библиотека…
            Ну, а причём здесь Вологда?
            В Вологде Великий Царь Всеа Руси провел пять с половиной лет. С 1565 по 1571. Титулов у Ивана Васильевича было, бесспорно, много. Но сохранить шапку Мономаха на голове вместе с головой задача даже для такого грозного царя непростая. Грозный решил построить здесь свою опричную столицу. Прежде всего потому, что у Вологды было стратегически важное расположение. Именно здесь начинался Северный морской путь. У Вологды даже был герб в виде распахнутых ворот, которые можно было понять, как символическое приглашение в Европу. Если построить здесь флот (что и было сделано Грозным впоследствии), то в случае ЧП, можно было легко уплыть. В Англию, например. Но для этого надо было основательно подготовиться. Крепость здесь уже была ещё до Грозного, но царь повелевает её перестраивать. Предыдущая крепость была расположена в Вологде фортификационно правильно – у слияния двух рек – Хрулева ручья и Вологды реки (~ район ул. Ударников, Мохова, Маяковского). Но почему-то (!) крепость переносится, проводятся колоссальные земельные работы, копаются речки Копанка и Золотуха для обводнения крепостных стен. Зачем? «Великий государь царь Иван Васильевич повелел заложить град каменный»… Главное не забываем – сама крепость переносится по непонятной причине и располагается с точки зрения традиционной фортификации – неправильно! Строятся стены и башни, деревянный дворец для самого царя, закладывается каменный его фундамент, строится Софийский собор.
            Строится странно. Во-первых, всегда и везде, главное правило при постройке православного храма – ориентирование по сторонам света, а именно, алтари обращены на восход солнца с незначительными отклонениями к югу или северу. Алтарь Софийского храма обращён на северо-северо-восток, т.е. почти на север, хотя никаких предпосылок для этого не существовало. Собор строили на пустом месте, ничего не мешало. Во-вторых, многие годы церковь не освящали. Не было приказа царя. Постройка каменного храма была в те времена явлением исключительным. Но на всякий случай появилась легенда – про тот самый кирпич. Как бы вот она причина, почему не освящают храм и не запускают туда народ.
            Понимаю, понимаю, что уже поднимается очередной вопрос: «К чему, к чему это всё? Про Грозного, про Вологду, про бабушку с сундуками?» Да, к Либерее вывожу, к той самой загадочной библиотеке Ивана Грозного. Много интересного опускаю, отмечу лишь то, что в Вологде постоянно появляются какие-то люди или групки людей с лопатами, металлоискателями и прочим поисковым снаряжением. И действительно, увлечённые люди доказывают, что именно под Софийским собором начинался подземный ход, ведущий к книгохранилищу. Поэтому-то храм так долго и не освящали, ведь пустой т.е. неосвященный храм легче использовать для разных тайных дел. Иван Грозный действительно построил здесь в Вологде и приготовил много больших судов, просторных барж и лодок, чтобы в случае крайней опасности уплыть в Англию. Царь был очень умён и дальновиден. Сокровища перевёз заранее и спрятал в подземельях строящегося Вологодского Кремля. Тем более, что опыт по подземному строительству в Москве был о-го-го ещё какой! Московский Кремль, вернее его нижние подземные лабиринты и тайники строили итальянские мастера из Милана высочайшего уровня - Аристотель Фиорованти и Пьетро Антонио Солари. Правда строили они при деде Грозного – Иване III. Но Вологду ещё тот же дед Грозного использовал, как хранилище государевой казны – во время своего знаменитого Стояния на Угре он отправляет свою жену Софью (Палеолог) с казной (и с сундуками?) именно в Вологду. А гораздо позднее почему-то именно в Вологде прячут от Бонапарта утварь Кремлёвских дворцов, сокровища Патриаршьей ризницы и чудотворную икону Владимирской Божией Матери (ту самую знаменитейшую икону, которая сейчас находится в храме при Третьяковской галерее). Все вышеперечисленные итальянские мастера бывали в Вологде, а при Грозном здесь также существовала целая слобода приезжих итальянцев – Фрязиновская. Инженеры? Что они делали в Вологде? И кому как не им вести подземное строительство? По версиям подземная Вологда существует и тянется под проспектом Победы и под парком развлечений. Под тем самым заросшим лопухами с детскими карусельками! Именно тут вологодские пацаны отловили как-то Германа Стерлигова со товарищи, увешанных аппаратурой, да и продолжают перманентно отлавливать прочих активистов с лопатами. А под новым вторым неправильным Кремлём находятся природные пещеры времён неолита (аналогично месту постройки Московского собрата).
            Всё вышесказанное, хоть и рассказано в легкомысленно-игривом тоне, но имеет под собой серьёзную подоплёку. Если отсчитать шагов 30-35 от той самой новенькой часовни, про которую писала выше, в сторону Софийского собора, то под вами будет подземный командный пункт советских времён размером с пятиэтажный дом с лифтами, вентиляционными шахтами и запасными ходами. Но ,несмотря на загадочную подземную Вологду и книжные бесценные сокровища Либереи Ивана Грозного, всё-таки хочется пожелать всем, кто собирается туда поехать на раскопки. Товарищи, вы бы не лопатами помахали там, а мётлами и косами. Бутылок там недалеко от Софийского собора и за стенами Кремля уж больно много, да и заросли крапивы непролазные. Либерею вы вряд ли всё-таки отыщете, а детишкам вологодским радость сделаете – карусельки-качельки в свободном от лопухов пространстве быстрее закружатся.
 
Церкви Вологды - Владимирские церкви, церковь Константина и Елены,
церковь Варлаама Хутынского, церковь Ильи в Каменье и церковь Никола Золотые кресты.
И деревянная застройка - «резной палисад».
            День.
            После осмотра Вологодского центрального ансамбля мы пошли в направлении Городского рынка на ул. Батюшкова. Често говоря, меня преследовала навязчивая мысль – посмотреть на нормальный колхозный рынок, чтобы бабульки сидели с дарами вологодских лесов и огородов. Ага. Никаких бабулек и в помине, никаких тебе вологодских огородов, разве что турецкие. За спинами русских продавщиц маячат загорелые лица далеко не вологодской внешности. Слышим у входа диалог. Стоят парень в спортивных штанах с девушкой, у которой в руке букетик цветов. Подходит к ним другой конкретный пацан : «Оо, ни х..уля себе букет алых роз!». Что в переводе с народного вологодского означает одновременно и привет, и неодобрение по по поводу зря потраченных денег. Вот если бы в руках была бутылка пива, то тогда другое дело…
            У нас намечены для осмотра несколько церквей: Владимирские церкви (тёплая и холодная), церковь Константина и Елены, церковь Варлаама Хутынского, церковь Ильи в Каменье и церковь Никола Золотые кресты. А также осмотр деревянной гражданской архитектуры, выражаясь языком путеводителя, или знаменитых вологодских домов с резными палисадниками, которые находятся, судя по карте, в том районе, куда мы сейчас идём.
            Мы много прочитали отзывов про Вологду. Наверное, их писали романтики, потому что при виде всех храмов испытывали «восхищение», Владимирские церкви как будто «из картины Саврасова», все «образцы архитектурного стиля» и все «живописно расположены». Мне кажется, что однозначно, невозможно испытывать чувство чистого восхищения, когда церковь не действующая. Всегда будет присутствовать привкус горечи, пустоты. А если ещё и пейзаж вокруг состоит из мусорных баков, развешанного белья на верёвках и болтливых старушек на лавочках – как, например, рядом с Владимирскими церквями, то ощущения вы испытаете вообще малорадостные. Про старушек я написала для того, чтобы подчеркнуть заброшенность места. Сидят пожилые женщины в платочках, шерстяных бесформенных кофтах, стоптанных тапках и с палочками и греются на солнце. Вот жизнь у них… . А рядом такая же неприкаянная заколоченная церковь….
            Церковь Елены и Константина единственная из всех действующая. А это значит относительная чистая территория вокруг неё, цветнички и жасминовые кусты. Но перед этим мы увидели уже пару пепелищ на месте деревянной застройки и картинами горелых брёвен впечатление от церкви было очень испорчено. Сначала мы подумали, что это случайность. Ну мало ли – дома-то деревянные. Потом увидели вторую случайность, потом третью, потом пятую. И, конечно, совершенно случайно рядом с этими пожарищами соседствуют большие новые особняки из кирпича или под сайдингом. А что, вы сомневаетесь? Бросьте, ведь чистая случайность – пять пожарищ, никто не сомневается и вы перестаньте. Кстати, удивительно – никаких особенных резных палисадов мы в Вологде НЕ ВСТРЕЧАЛИ! Я честно говоря приготовилась сделать массу замечательных снимков узорчатых наличников и крылечек – но фотоаппарат простаивал. С огромным трудом я делала редкие снимки, затерянных среди пятиэтажек домиков или, проезжая мимо них по дороге и останавливаясь. До того резного богатства, которое мы видели в Муроме, Вологде ещё тянуться и тянуться. Мы походили только по одному району, помеченному на карте коричневыми квадратами типа гражданская застройка – это район улицы Воровского и проспекта Победы. На карте были ещё аналогичного цвета места: Советский проспект – улицы Предтеченская, Галкинская, Зосимовская и на другой стороне реки улицы Клары Цеткин – Добролюбова. Но, во-первых, мы много ездили по городу – и ничего особенного, кроме очень старых полузабытых властью или, наоборот, черезчур показушно покрашенных домов не видели, и во-вторых, гражданской архитектуры в Вологде – где-то 5-10% на весь город, а не вся Вологда, как мы думали раньше. Видели один узорчатый жёлтый дом, как-то уж слишком свежо покрашенный и огороженый заборчиком, так на нём вывеска: «Памятник архитектуры». Вот его-то и фотографируют туристы и все путеводители. Один остался отремонтированный (и то - только фасад выкрашен) на всю Вологду.
            Кстати, в деревянное зодчество Вологды, а именно эти знаменитые балкончики над входом в дом, этот архитектурный мотив внесли пленные в войну 1812 года венецианцы, которые здесь немного пожили и что-то строили. Сложилось впечатление, что в Вологде местные власти с трудом и только ради туристов терпят «гражданские резные палисадники». В Вологде сейчас палисадники не в моде, сейчас кирпич в моде – в 3 этажа. С балкона нашей гостиницы, к примеру, открывался вид на такие гигантские особняки, которые на Рублёвке бы всех заплевали. Кстати, они построены на практически уничтоженной деревеньке. Осталось пара-тройка деревянных домишек с огородиками, как раз хватит места для постройки гаража кому-то. Раньше помнится был какой-то фильм «Бандитский Петербург», так теперь здесь можно снимать продолжение - «Бандитская Вологда».
            Церкви Ильи в Каменье и Варлаама Хутынского. Они стоят рядышком, такой приземистый одноглавый со шлемом на макушке крестьянский Илья и стройный вытянутый ввысь изящный дворянский Варлаам с зелёной шатровой главой. Построены они с разницей почти в 100 лет. Мы их поискали прилично. Вроде видим, ходим рядом, а непонятно как пройти, они загорожены со всех сторон деревянными домиками. Кое-как вырулили на ухабистую улицу писателя Засодимского и прошли, прыгая через ещё непросохшие лужи, к храмам. По пути я сделала снимок наконец-то хоть одного приличного палисадника и безумно симпатичного рыжего кота, который безмятежно дремал, свесив пушистый хвост на окошке. Как я не шуршала вокруг него, разгребая заросли малины, чтобы подобраться поближе, кот даже ухом не пошевелил в блаженном сне на солнышке – наверное, сметана снилась.
            Это место называется Верхний Посад. А у названия Кảменье – есть интересная история. Я уже писала в рассказе про Муром, что после крещения Руси в народном сознании древний бог Перун был заменён на святого Илью. Так – меняя имена богов на фонетически близкие, или возводя православные храмы на месте священных полян - делали для того, чтобы наиболее мягко и ненавязчиво вытеснить из сознания поколений одни понятия и заменить их на другие.  Этот прием сработал, хотя до сих пор самые мощные и сильные древние праздники – Масленица, Троица, Купала, Спасы Медовый, Яблочный, Ореховый, Хлебный, Колядки, Рождество Коляды - не забылись, да и в орнаментах многих православных храмов до сих пор встречается древняя символика, хотя бы те же солярные розетки - знаки Солнца-отца и треугольники – знаки Земли-матери. Так вот, название «Кменье» или «на камнях» связано с древними-древними вологжанами, наверное, когда они ещё были финно-уграми. Здесь было их святилище богу грома и дождя Перуну и находились несколько камней-валунов, его божественных олицетворений. Позднее, понятно, здесь возвели храм Ильи Пророка (в его день 2 августа всегда идёт дождь, грохочет гром и сверкают молнии – проверьте сами). А рядом другой храм в честь новгородского святого Варлаама Хутынского - его построили новгородцы, которые торговали здесь на Ленивом Торжке на берегу речки Вологды.
            Примерно такая же история у церкви Рождества Иоанна Предтечи в Рощенье. Мы там не были. Но всё равно интересно. Ведь слово «Рощенье» идёт из древнерусского языка и подразумевает место, священную рощу - отдельно стоящий лес, где совершались древние празднества в честь растительного мира Матери-земли, способного умирать и возрождаться вновь в течение одного солнечного коловорота. Священным рощам и сейчас поклоняются – не надо смеяться. В Республике Марий Эл, например, официально до 90% - язычников, а моленья в священных рощах имеют официальный статус. Православный праздник - Рождество Иоанна Предтечи – 7 июля, или, соответственнно, по древним традициям сразу после Купальской ночи (с 6 на 7 июля) наступает праздник Ивана Купалы (7 июля). Если пофантазировать, то можно представить, как в старину-стародавнюю светлой ночью приходили наши «прадеды» в вологодское Рощенье праздновать солнечную Свадьбу, когда Солнце берёт в жены Землю, и в её лоне зарождается новая жизнь в виде зеленых ростков грядущего урожая. А «урожай» созревал к Благовещенью - есть сведения, что в старину на Руси пик родов у женщин приходился на конец марта - начало апреля, перед Благовещеньем, то есть через девять месяцев после Купалы…
            Но больше всего нас потряс один, наверное, из самых интересных храмов Вологды – Никола Золотые Кресты. Кружили мимо десять раз пока наконец до нас не дошло, что вот эти вот заросшие травой груды развалин с раскидистой берёзкой на месте купола и есть тот самый Никола!
 
Спасо-Прилуцкий монастырь.
            Спасибо тебе Спасо-Прилуцкий монастырь. Ты – наше самое красивое и лучшее впечатление о Вологде. В принципе мы не хотели туда особо ехать. После осмотра церквей и деревянной архитектуры мы впали в разачарованно-вопросительно-удивлённое настроение и чтобы собраться с мыслями, определиться с дальнейшими планами – что нам делать в свободные 3 часа времени, сели на зелёном склоне речки Вологды. Расстелили на траве за неимением ничего аналогичного карту Ярославля и сидели молча, любуясь белым на голубом – облаками и небом, течением реки и маковками церквушки на том берегу. Потом решили – едем. Всего 5 км в сторону Тотьмы и Великого Устюга по улице Чернышевского.….
            С виду монастырь похож на обычный русский монастырь – белые мощные каменные стены, только угловые башенки почему-то раскрашены нежными пастельными красками – бежевым и розовым - в горизонтальные полоски. Это нетипично и нам уже сразу это понравилось. Монастырские железные двери в стене – большие ворота и маленькая калитка были закрыты, по крайней мере не гостеприимно распахнуты. Мы уже собирались огорчиться, что не попадём внутрь, но на всякий случай подошли и толкнули маленькую дверку в калитке. Она приоткрылась. Я помчалась обматывать свои джинсовые корсары заботливо припасённой юбкой с запахом, и надела платок. Входим на территорию. И понимаем, что мы одни. Народу – ни души. Сейчас ровно 5 часов вечера и написано, что в это время началась служба. А картина перед нами предстаёт изумительная – небесный художник дарит нам мощные чистые цвета. Совершенно пронзительно ярко-голубое небо, совершенно золотистый искрящийся поток солнечного цвета, однотонно-зелёная трава, жарко-красные бархатистые розы и ослепительно белые внутренние постройки монастыря. К вечеру вот так чудно распогодилось и поэтому мы любуемся монастырём в таком свете. У монастырских построек есть одна особенность – много арок. Церковь с крылечком в виде терема (Спасский собор) и какой-то большой корпус (Трапезная) соединены длинным арочным белоснежным переходом-галереей: как внизу – две большие арки-прохода, так и над ними – анфилада маленьких арок-окошек. А солнце светит так ярко, что белизна стен становится невозможно белой. К нам пришло ощущение, что мы где-то в средиземноморском арабском дворце. Вот такое странное посетило чувство в русском православном монастыре. И особенно эту восточность подчёркивали кованые фонарики в арках, которые раскачивал ветер. Мы прошли через них и посмотрели на деревянную церковь – обычно такие перевозят из какого-нибудь села, собирают на территории монастырей и показывают в качестве «музея под открытым небом». Незаметно как-то вышли к последнему памятнику Батюшкову (1787-1855), здесь в монастырской тишине он нашёл успокоение под оранжевыми лилиями.
            Мы зашли ещё на службу в саму церковь. Служба, а вернее, монастырский хор нас не просто удивил, а потряс. Такого чудного пения мы нигде никогда не слышали. Я не особенно разбираюсь в церковном пении, но честно говоря, не совсем было похоже на то, что обычно поётся, когда проводится служба. Вообще не хотелось уходить, хотелось стоять и слушать – настолько дивными были мужские голоса.
            Когда мы уже вышли за монастырские стены, а погода стояла великолепная, то мы решили пройтись вдоль стен в направлении виднеющейся реки. По узкой тропинке среди душистых белых кашек, колокольчиков и ромашек мы вышли на луг около речки. Это Вологда. На берегу которой мы сидели два часа назад в самом городе. Здесь мы тоже решили посидеть. Такая тишина. Такое спокойствие. Такая красота. Рядом с нами шелестела речная высокая шёлковая трава и сверкала вода. Какое здесь хорошее место…
            Монастырь основал ученик Сергия Радонежского – Дмитрий Прилуцкий. 14 век. Святыни монастыря: икона прп. Димитрия, Страстная икона Божией Матери (написанная самим Д.Прилуцким) и чудотворная Корсунская икона Божией Матери.
            К слову сказать, теплоходики от причала у Софийского собора ходят сюда, но без остановки.
 
Вологда и Николай Рубцов.
            Вечер. Этот памятник произвёл очень сильное ощущение. Такой щемящей трогательности, пронзительности и жалости… Признаемся честно, мы ехали искать ресторан, чтобы поужинать, и на Советский проспект, тянущийся вдоль набережной, заехали лишь по дороге, лишь потому, чтобы уже устало и формально поставить ещё две галочки напротив двух неосмотренных вологодских достопримечательностей – памятника поэту Рубцову и Петровского домика. Они рядом. Сейчас стыдно.
            Берег Вологды. Высокая набережная. Просторная светлая площадка. И человек стоит на пьедестале. Лысеватый, не отличающийся высоким ростом, в скромном пальтишке, на тонкой шее намотан шарф и портфельчик в руке. Высокий лоб. Странные глаза. Застенчивое лицо. Стоит и смотрит прямо на город, прямо на речку Вологду, на её очень красивый изгиб в этом месте, на проплывающие мимо корабли и теплоходики. Надпись на постаменте: Рубцов. Как-то черезчур уж лаконично. В наше время люди уже и Пушкина с трудом вспоминают, а тут какой-то Рубцов. Хорошо, что Барыкин спел незабывающуюся никак песню «Я буду долго гнать велосипед, в глухих лесах его остановлю… Нарву цветов, и подарю букет, той девушке, которую люблю…».
            А ведь Николай Рубцов – был дивный поэт. Его считают Русским поэтом. Русским гусляром. Почему? Потому, что гусляры на Руси считались особыми людьми, их песни из сердца и из неба. Его мало печатают. О нем мало пишут. Его совершенно игнорирует тв и школьная программа. Но его стихи легко запоминаются без всякого заучивания, а его редкие тоненькими книжечки быстро становятся библиографической ценностью.
            «В глаза бревенчатым лачугам, глядит алеющая мгла, над колокольчиковым лугом, собор звонит в колокола!»
            «Взбегу на холм и упаду в траву. И древностью повеет вдруг из дола! Засвищут стрелы будто наяву, блеснет в глаза кривым ножом монгола! Пустынный свет на звездных берегах и вереницы птиц твоих, Россия, затмит на миг, в крови и в жемчугах, тупой башмак скуластого Батыя... Россия, Русь - куда я ни взгляну! За все твои страдания и битвы люблю твою, Россия, старину, твои леса, погосты и молитвы, люблю твои избушки и цветы, и небеса, горящие от зноя, и шёпот ив у омутной воды, люблю навек, до вечного покоя... Россия, Русь! Храни себя, храни!...»
               «Выпал снег - и всё забылось, чем душа была полна! Сердце проще вдруг забилось, словно выпил я вина. Вдоль по улице по узкой чистый мчится ветерок, красотою древнерусской обновился городок.Снег летит на храм Софии, на детей, а их не счесть, снег летит по всей России, словно радостная весть. Снег летит - гляди и слушай! Так вот, просто и хитро, жизнь порой врачует душу... Ну и ладно! И добро».
               Он из деревни. Емецк Архангельской губернии. Детдомовский. Толшма Тотемского уезда. Одинокий. Бедный. Тралфлот. Кировский завод. Литературный институт. Маленький круг друзей (всего несколько человек).Три тощеньких книжонки, изданные при жизни. Бездомность. Огромный поэтический Дар. Всего 36 лет. 1936-1971. Николай Михайлович. Современники ценили больше щеголеватого Вознесенского. Любимый напиток в последние годы – прозрачная жидкость. Любимая женщина – Людмила Дербина, она же собутыльница, она же его «Дантес в юбке»… Пьяная драка… И совсем не нежные объятия любимых рук на шее…
            Интересно почему в Вологде нет его музея? ПОЧЕМУ? Только в Толшме, в деревенской школе. Вы об этом музее знаете? Вы туда поедете?...
 
Петровский домик и памятник первому городскому фонарю.
            Дальше за памятником Рубцову вдоль набережной (Советский проспект, 47) тянется небольшая зелёная аллея и виднеется домик Петра I. Он совершенно маленький, скромный с виду, с крышей в бело-зелёную шашечку, как у шахматной доски. Что здесь в Вологде делал Пётр I и чей это домик?
            Пётр строил флот, а здесь в городе искал вологодских мастеров – известных канатчиков и прядильщиков. Тому подтверждение его приказ архангельскому губрнатору: «Сыскать на Вологде и других городах сто пятьдесят прядильщиков… послать в Питербурх немедленно…». В этом домике Пётр Алексеевич спал… А сам домик принадлежал друзьям царя голландским купцам Гутманам, которым он даже пожаловал право беспошлинной торговли. Над входной дверью вы увидите голландский герб. Внутри две экспозиции, одна из которых рассказывает о Северной войне 1700-1721гг. Можно посмотреть образцы орудий, солдатские фляги, медали за победу над шведами, картины баталий, портреты Петра I и Екатерины I. А также – личную одежду Петра – кафтан, камзол, штаны-кюлоты; хрустальный кубок князя Меньшикова и знаменитую серебряную с позолотой кружку, которую государь подарил вологодскому плотнику Чебыкину за мастерство.
            Правда, в этот музей можно попасть исключительно по телефонной договорённости. (88172) 75-27-59.
            И раз уж речь зашла о флоте, то хочется вспомнить один легкомысленный теплоходик, прочно пришвартованный на Речном причале, который в свою очередь находится перед памятником Рубцову и Петровским домиком. На нём увидели огромную вывеску: «Комнаты отдыха». Не поняли. Каким именно отдыхом отдыхают в этих комнатах отдыха? 
 
            Памятник первому городскому фонарю (рядом с пешеходным мостом на набережной, ул. Ленина, 21). Мы не обладаем информацией кто, зачем и почему возвёл этот памятник. Но поскольку весь памятник – это чугунные фонарный столб и собачка, задравшая около него ногу, можем предположить, что наиболее полно и по достоинтству оценил первый фонарь в Вологде местный Шарик и на радостях пометил это место.
 
Вологодские гурманские радости. Где поесть в Вологде.
            В плане перекуса в Вологде нам очень повезло. Пообедали и поужинали в отличных местах. Рекомендуем.
            Случайно, проходя мимо, увидели на улице Батюшкова (недалеко от Кремля) чуть наискосок от городского рынка деревянный деревенский домик с очень аппетитными блинчиками на яркой рекламе. Заведение – кафе «Во, блин». Причём, работает, похоже круглосуточно. Для обеда место подходило как нельзя кстати, и рядом, и быстро, и должно быть вкусно. Кафе это очень популярное и было забито под завязку. Но нас подсадили за круглый оранжевый столик кого-то потеснив. В меню предлагалось около 20 разных блинчиков с начинкой. Цены от 30 до 80 руб. Ну, мы посовещались и решили заказать по три блинчика каждому. Я выбрала с ветчиной и сыром, грибной мешочек и с мёдом и грецкими орехами. Муж – с лососем, рубленым яичком и грушей со сливками. Заказали. Сидим ждём. Смотрим – в нашу сторону движется вся заставленная тарелками полненькая официантка. Подбежала к нам, поставила четыре тарелки, убежала и донесла ещё две. При этом посмотрела на нас с нескрываемой уважухой: «Вот, мол, люди, заказывают. Ни в чём себе не отказывают! А мне так нельзя!» Мы онемели. 6 тарелок – по 2-3 блинчика в каждой. Что-то мы чисто по-московски подумали, что цена в меню указана за одну штуку. Но в общем мы не огорчились.  Блинные тарелки пустили по кругу, пробуя каждый, а пустые складывали стопочкой.
            Ууу, отличное место. 5+.
            Поужинали мы в другом замечательном заведении – ресторане «Мишкольц». Наверное, это лучший ресторан города, по крайней мере – по интерьеру. Он располагается в старинном польском костеле, а внутри действительно поражает изысканной и очень необычной обстановкой в стиле картин Альфонса Мухи. В ресторане были мы и ещё одна пара – невеста в свадебном платье и жених во фраке. Наверное, они отмечали второй день свадьбы. На столике перед ними было шампанское и корзина с фруктами. Играла негромная мелодичная музыка. Периодически они выходили танцевать. А мы уплетали салаты и глазели на эту красивую пару. Правда, жених чуть-чуть косил в нашу сторону – дело в том, что нам всё подносили и подносили еду, а фруктов ему, видимо, было маловато – романтика романтикой, но кушать людям хочется всегда… 
            Цены в «Мишкольце» не вологодские, а московские. В ресторане два зала – большой и маленький (вход слева на задворках). «Мишкольц» нас очень впечатлил. Интересно, почему в Вологде построили польский костёл? Для кого и когда? И почему его переделали в ресторан? Кстати, находясь в маленькой полукруглой дамской комнате с готическим узкими окнами, я осознала что это, видимо, часть если не алтаря, то чего-то аналогичного. И, честно говоря, от этой мысли стало как-то неуютно.
            Ресторан находится на улице Галкинской, д.37, рядом с пересечением этой улицы с Советским проспектом. Это важно, запомните этот момент, потому что Галкинская очень длинная и вы можете начать искать его с другого конца.
 
            В интернете мы нашли ещё пару неплохих мест. На всякий случай напишу про них:
            Кафе «Кухня». Ул. Герцена, д. 14. В девятиэтажке с магазином на первом этаже, левый угол дома. Оформлено как натуральная кухня. Табуретки, куходнная мебель, для сиденья - кухонный уголок, открытая проводка, абажуры, красный холодильник с секретом. Очень стильный интерьер. Кормят вкусно.
            Кафе «Сайгон». Пересечение улицы Мира с улицей Чехова. Второй этаж над магазином «Вологодский сувенир». Вьетнамская кухня. Хвалят и ругают в равной пропорции. Для любителей острых ощущений.
 
Вологодское масло.
            Вологодское масло всегда отличалось отличным качеством и особым вкусом от прочего сливочного масла.
            Но у него есть достаточно долгая история. Она связана с именем Николая Верещагина. Сколько я пересмотрела информации по истории вологодского масла, везде идут одни восклицательные знаки - ой, Верещагин, ой, придумал это масло, ой, купил невиданную по тем временам машину – сепаратор, получил приз на ярмарке во Франции! Когда такое читаешь, то кажется, что всё просто, легко и гладко.
            Но, вот представьте, что вы потомственный дворянин, вы закончили Московский кадетский корпус и естественный факультет Московского университета, и вдруг уходите в отставку, и приезжаете в свое родовое имение в Вологодскую область под Череповец. И начинаете не то что с нуля, а с полного минуса заниматься маслоделанием. Вы – кадровый офицер. И вдруг масло. Причём здесь оно?
            Надо, действительно, отдать дань должного уважения к личности этого человека – Николая Васильевича Верещагина, его организаторскому и бизнес-таланту, его порыву. Ведь в России по сути масла не было, его не знали до середины 19в. – потому что прекрасно обходились без него, употребляя сало, топлёный жир или топлёное масло. Только высокопоставленные сливки общества при Екатерине II лакомились вкусным «чухонским» маслом, привозимым из Финляндии в Петербург. Другого не было. Так об этом пишет мой любимейший В.Похлёбкин.
            Надо, действительно, отметить тот факт, что первое сливочное коровье масло в России стал производить Верещагин. Их было два брата и каждый прославил свою фамилию. Один (младший) – Василий – известный всем художник, другой (старший) – Николай – первый российский маслодел. Братья обожали друг друга и очень дружили.
            Николай пишет отцу: «Сообщаю вам, дорогие родители, что у меня гостил брат Вася! Сегодня его проводил на вокзал к поезду, идущему в Вену. Ученье ему идет впрок... он имеет уже крупные достижения. Дорогие мои родители, я теперь в Вашей помощи нуждаться не буду, поэтому прошу денег мне больше не присылать, а Васе денег не жалейте. Сколько намерены были ему посылать, добавьте и те, которые хотели переводить мне в Женеву, и Вася достоин всяческой поддержки. Я думаю, не за горами то время, когда он удивит своими картинами не только Вас, любящих его родителей, но и широкую публику... Ваш сын Николай Верещагин».
            Василий пишет отцу о той же встрече: «В Женеве я был у брата Николая! Большое и полезное дело он затевает, отец! Прошу тебя, не жадничай! Подкинь ему деньжонок, да побольше, если можешь. Ты уж лучше мне не присылай, я перебьюсь как-нибудь. А Кольке не жалей, окупится на общественном деле. Послушал я его и теперь вижу, он, как зачинатель сыроварения в России, сделает великое дело. Николаю денег обязательно высылай! Ах, и умница... Кланяюсь, Ваш сын Василий Верещагин».
            Сначала старший Верещагин начал с небольшого хозяйства в Тверской губернии, потом развернулся. Даже купил последнюю новинку неслыханную для деревни – с-е-п-а-р-а-т-о-р! А до этого масло делали так: http://www.booksite.ru/butter/photo4.htm.
            Верещагин не только производил и обеспечивал широкий сбыт сливочного масла по всей России широким слоям общества, но ещё и обставил самих нормандцев – асов в маслоделании. Секрет его масла состоял в следующем:
1. Начал кипятить сливки. Т.е. предложил использовать в качестве сырья нагретые до 80-85˚ (пастеризованные) сливки, что было открытием для маслоделов всего мира.А сливки это верхняя самая жирная часть молока, в которой концентрируется самый насыщенный аромат – молочный и травяной;
2. Его бурёнки паслись на заливных вологодских лугах (Русский Север!) и кушали особые пахучие травы – кипрей (иван-чай), зверобой, шалфей и множество других. Отсюда и особый вкус и аромат масла – ореховый.
            Верещагинское масло произвело фурор на Парижской выставке молочного хозяйства. Золотая медаль. Нормандцы плачут. К Верещагину выстраивается очередь из Европы с контрактами на поставку. Но тут есть интересный момент. Это масло – ещё не вологодское. Дворянин Верещагин дал ему более изысканное название – «Парижское сладкое», а Вологодским оно стало лишьв 1939 году.
            Настоящее вологодское масло производят только в Вологде и только на «Учебно-опытном молочном заводе» ВГМХА им. Н.В. Верещагина». А также на Вологодском молочном комбинате и Шекснинском маслозаводе. Только у них есть патенты. Всё. Настоящий фамильный вологодский маслопроизводитель отчаянно бьётся с потоком неизвестного «вологодского масла» идущего откуда угодно, но только не из Вологды. Так что, если вы не почувствовали вкус грецкого ореха, иван-чая и полевой клубники, не торопитесь писать жалобу в Вологду, сначала посмотрите на адрес производителя.
            Лучше всего вологодское масло покупать в бочонках. Настоящее вологодское масло готовится из отборных сливок (без следа привкуса обычного корма для коров - силоса) в основном в летнее время. Запасать на зиму вологодское масло нельзя: срок его хранения – один месяц. На 32-ой день его объявляют просто маслом высшего сорта.
            Вот тоже интересно. С трудом сдерживаю себя, чтобы опять не углубиться в мою любимую тему древних традиций. Но вот иллюстрации из современной жизни. В Голландии, в её молочной провинции Фрисландии есть памятник корове в натуральную величину с надписью Usmem – Нашей матери. В Дании, на центральной площади Копенгагена установлен на постаменте бочонок сливочного масла. В Канаде тоже есть аналогичные памятники мастерам сыроделия. В Англии даже есть памятник изобретателю булавки! А у нас в Вологде, есть хотя бы маленький бюст Николаю Васильевичу Верещагину?
 
Вологодские кружева.
            Вообще-то выражение «вологодские кружева» - не совсем точное. Дотошные знатоки, поправив дужку очков на переносице, обязательно ехидно спросят: «А какие именно кружева? Фриволите, челнок, макраме, вышивка, филе, вязание, кружева крючком, шитьё из тесьмы…?». И тут будет уместно с непроницаемым выражением лица ответить умной фразой: «Кружева вологодские – коклюшечные». Но и на этом яйцеголовые умники могут не остановиться, поправят шпильку в пучке и нудно прицепятся опять: «А чем вологодские коклюшечные отличаются от елецких коклюшечных, или от киришских, или от вятских, или от рязанских, или…?» А вы их посягательства на ваше IQс достоинством парируете. Следующим текстом.
            Вологда всем известна как центр кружевоплетения.
            Вологодское кружево почти всегда – белое.
            Вологодское кружево – коклюшечное.
            Для тканых кружев нужны всего две нити, для вязаных одна, а для коклюшечных – очень много, может быть даже 60 и больше. Каждая нить наматывается на отдельную палочку - коклюшку. Мастерица-кружевница называется плетея. Коклюшечные кружева разделяют на сцепное и парное.
            Парные кружева плетут многими парами коклюшек. Парным способом изготовляют в основном мерные кружева. В парных кружевах обычно преобладают геометрического узоры: ромбы, треугольники, кружки, овалы.
            Сцепные кружева плетут лишь 6-12 пар коклюшек, но зато отдельные его части сцепляют вязальным крючком. Сцепным способом изготавливают штучные кружева. Узоры сцепного кружева в основном растительные.
 
            Для плетения кружева нужно немало приспособлений. Это и подушка-валик или куфтырь, раздвижная деревянная подставка для него – пяльцы, тонкие палочки-коклюшки для наматывания ниток, не одна сотня булавок, и главное – сколок – кружевной рисунок.
            Мастерица-кружевница-плетея закрепляет нить на коклюшке, устанавливает куфтырь на подставку, оборачивает вокруг него сколок-рисунок. Вставляет в дырочки на сколке булавки и перекидывая коклюшки в определённом порядке, переплетает нити.
            Первые известные русские кружева были сплетены из золотых и серебряных нитей и украшены жемчугом. Это так называемое «золотое» кружево, но потом постепенно перешли и на хлопковые, льняные и шёлковые нити. В каждом районе Вологодской области плели кружева разной сложности, разных узоров и разного назначения. Где-то – только косынки. Где-то – только мерные кружева. Где-то только предметы одежды, скатерти, покрывала и т.д. Какие-то мастерицы плели на 30, какие-то на 60, а какие-то умелицы аж на 300 коклюшках. Главное богатство кружевницы – это сколок. Раньше, чтобы купить новый рисунок складывались всей деревней. Он был очень дорогой.
            Подушка для кружева – набивается как можно туже сеном, опилками или пенопластом. Для нужной степени утрамбовки очень подходит старая тяжёлая чугунная сковорода. Главное, подушка должна быть не очень легкая, и достаточно легко протыкаемая. Чем крепче торчит булавка в подушке, тем правильнее и красивее сплетается кружево. Но если втыкать в неё булавки трудно, то можно проткнуть себе пальцы. Подушка обтягивается белой плотной хлопковой тканью. Но некоторые ленятся менять чехол и плетут на грязной и засаленной подушке кружева из белых ниток…
            Коклюшки – должны быть среднего размера: и толщина и длина. Коклюшки вообще бывают разные - короткие и толстые, длинные и тонкие, и наоборот. Тонкие коклюшки легче и изящнее, а толстые коклюшки имеют свойство очень быстро запутываться сразу 20 парами. Часы, проведенные за распутыванием коклюшек – не самые приятные..
            Дерево из которых выстругиваются коклюшки может быть разным. Слишком сухую и царапающуюся древесину - неприятно держать в руках. Береза, елка, клен - самые популярные материалы для легких коклюшек. Когда подушка внезапно падает с подставки, легкий вес коклюшек не оборвет начатое плетение. По сравнению с тяжелыми дубовыми коклюшками риск оборванных ниток снижается на 60%. Число коклюшек зависит от ширины кружева и сложности рисунка.
            Сколок – ваше будущее кружево. На сколок наносится рисунок кружева, потом сколок прикалывается к подушке, и плетение начинается. Для сколков используются картоны. Можно брать даже картонки из-под коробки конфет, тортов. Это идеальные картоны: в меру тонкие. Нейтральные светлые цвета: серый, бежевый, зеленый. Светлые, потому что на белом фоне лучше всего видны ошибки. И не очень толстые, чтобы пробивать их булавками.
            Нитки – для плетения кружева подходят не всякие. Капрон и вискоза очень сильно запутываются и легко рвутся. Шелк берут опытные кружевницы, когда есть опыт плетения кружев. Лен — достаточно грубая нить для кружева, и самая неровная из всех, что есть. Ирис любит сплетаться неплотно. Хлопчатобумажные нити (белые матовые или глянцевые) — самые нейтральные и спокойные нити. Но белые нитки надо плести аккуратно, чтобы не испачкать. И на фоне белых ниток лучше всего видны ошибки. Шерсть, как правило, используется в крестьянском кружеве. И то редко. Мулине любят за прочность и богатую палитру цветов.
            Булавки – нужны только хорошие и качественные. Самые стойкие, идеальной длины с маленькими разноцветными головками, крепкие и очень надежные – немецкие булавки. Английские – слишком тонкие. Чешские или польские – грязные и бракованные. Наши – рвут нитки. От некачествееных булавок на пальцах возникают твёрдые корки и процесс плетения становится мучительным.
            Готовы плести? Учтите, что после нескольких лет занятий плетением кружев начинаются проблемв с поясницей и позвоночником.
            Кружева делятся по назначению. Есть бытовые - скатерти, салфетки, подстаканники, сухарницы и т.д.. Есть педметы одежды - блузки, женские платья, жакеты, жилеты, пелерины. Есть предметы туалета – шарфы, шляпы, сумки, перчатки, косынки. Есть отделочные изделия - воротнички, манжеты, оплеты для носовых платков. Есть декоративные изделия - различные занавески, покрывала, дорожки, накидки. Есть сувениры - тематические панно, закладки для книг и др..
 
                Вологодские кружева всегда плетутся из чистого льна. Вологодские кружева это крупный выразительный узор, узорная сеточка и кроме цветов и листьев в узорах также часто встречаются подковы, гребешки, веера. Вологодские кружевницы предпочитают коклюшки из звонких пород дерева. В Вологде говорят, какие коклюшки, таков и человек.
            Елецкие кружева гораздо более тонкие и легкие, чем вологодские.
            Киришские кружева (Петербургская губерния) более скромные, чем вологодские, более крестьянское.
            Вятские кружева (Кукарка) орнаментально имеют сходство с вологодским кружевом, но отличается техникой исполнения. Техника вятского кружева самая сложная из сцепных техник. Используется приём «вятская петля».
            Рязанские кружева (Михайлов) – льняные и украшенные разноцветным мулине. В расцветке которых преобладает красный цвет. Плетётся на свой особый манер - без сколка, по числу перевивов нитей. Кружево плотное, используется для отделки одежды. А рязанские кружева (Скопин) – полотенечные, со сложным ажурным узором. Подсвечиваются голубой или синей ниткой.
 
            Эй, товарищи умники, гдее-выы? Куда вы убежааа-ли?....
 
Вологодские сувениры и бесплатные советы.
            Конечно, бесспорно, и обязательно всем хочется привезти из Вологды – кружева и масло. Но не торопитесь. Масло может растаять и испортиться в дороге. А вологодские кружева….ммм….стоят очень-очень прилично. Правда, есть вполне достойная альтернатива - купить кружева у бабушек, которые торгуют ими на площадке у Софийского собора. Сами бабушки уверяют, что дешевле чем у них, вам нигде в городе не найти. И они не лукавят. Хотя и их цены тоже не из маленьких – небольшая кружевная салфетка d-30см – от 300р., кружевная косынка – 1,2т.р., длинная салфетка как шарф – 1,5т.р. и т.д. Ну, что поделаешь – кружева коклюшечные, ручные, а бабульки смотрят просто умоляюще. Есть, правда. очень активные и практически с ног сбивающие, такие шустро нарезают круги по всей площадке, гоняются за туристами, и у них салфетки даже наколоты на плащи, а в руках коробки с кипами самовяза. А есть совсем скромные бабушки, которые стоят в сторонке и достают парочку чудных салфеток из аккуратно сложенных в трубочку журнальных листиков.
            В Вологде есть, конечно, знаменитая фабрика «Снежинка», ул. Козленская, 119а, www.snejinka.ru. По этому адресу находится и их фирменный магазин, а отделы от фабрики есть в Торговом центре «Кристалл» на 3-м этаже, на той же улице, но дом 3, а также в магазине «Вологодские сувениры», ул. Чехова, 12. Сходить туда можно. И посмотреть. Можно и купить, но при этом в кошельке надо иметь не меньше двух пятитысячных купюр, как раз хватит на косыночку (~7т.р.) и пару салфеточек. Цены на бабушкины кружева, конечно, куда более приемлемые чем на фабричные, но! – проигрывают в отношении качества ниток и сложности узора.
            Конечно, я понимаю, насколько сложна, крополива и ювелирна работа вологодских кружевниц. Например скатерть по частям плетут пять (!) мастериц, а потом соединяют вместе. Знаю, что только узорный угол скатерти требует 147 часов. Но тогда не понимаю одного, почему при таких ценах на изделия, про вологодские кружева в Вологде говорят - наша гордость, а про зарплату кружевниц на фабрике – наш позор?…
            Ещё можно купить очень красивые фотографии в рамках с видами местной природы и монастырей. Это работы местного фотографа и действительно очень и очень профессиональные. Стоят ~ 300р. А у бабулек ещё продаются ужасно симпатичные круглые разноцветные вязаные коврики. Если впишете их в свой интерьер – то это будет очень удачный и практичный вологодский сувенир. (Всё на площади у собора).
            Хотели купить ещё в Вологде какой-то местный бальзам, настоянный на 24 травах, но не сложилось, совсем не было времени на посещения винно-водочных магазинчиков.
            !!! Обязательно покупайте книги, буклеты, брошюры, альбомы в музеях. Их выпускаеет только вологодское издательство, и в очень маленьких тиражах. Таких вы больше нигде не купите. Мне очень понравился вологодский автор Павел Шабанов.
            Перед нашим путешествием я начиталась разных отзывов про Вологду. Как ни странно их очень мало, зато практически все замечательные. Ссылку на один – тонкий, лиричный, умный – и который я прочитала несколько раз, потому что после него возникло много вопросов, я не удержусь и приведу.
 «Поцелуй Севера: Вологда-Кириллов-Белозерск». Авторы: Лана & Сергей.
 

Послесловие.
            Уезжая из Вологды, мы, как это не странно прозвучит, вздохнули с облегчением. Странный город. И красивый вроде, и не очень. Особенно впечатлились, когда вечером, проезжая мимо большой городской площади перед центральными зданиями административной власти, увидели поразителную картину. На площади сидело огромное количество тёмных группок молодёжи. В тишине. И все пили пиво. И к ним со всех улиц стекалось молодое пополнение и тоже с пивными банками в руках. Знаете, неудивительно, что Рубцов здесь тоже пил. На этих вологодских окраинах просто реально больше нечего делать, рука сама собой потянется либо к прозрачной жидкости, либо к жёлто-коричневой. Ёк-макаёк…
            Мда.. А как хотелось закончить рассказ вот так: «Неспешно старушка плетёт у окна. Звезда загорелась - звезду ту вплела. Свернувшись клубком, задремал старый кот - на кружеве белом он тоже уснёт....».
 

            Мы едем теперь в Кириллов и Ферапонтово.

 

Авторские права на текст полностью принадлежат автору - НатА. Полное или частичное воспроизведение, копирование, тиражирование текста на любых носителях, в т.ч. на Веб-сайте, возможно только при обязательной гиперссылке на сайт - (с) http://www.pamsik.ru и упоминании имени автора.
PamsikLivejournalновые фотографии из путешествий
Фотоальбом «Вологда»
Рекомендуемый шрифт при распечатке – Verdana 8.

 

 

 
 

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
           
           
           
           
 
   

© 2008
Все права защищены